понедельник, 22 сентября 2014 г.

Аудитор Игнатов: «Евтушенков купил ворованное»

Экс-аудитор Счетной палаты Владислав Игнатов рассказал «Известиям», почему обнаруженные им в 2003 году нарушения в деятельности «Башнефти» не привели виновных на скамью подсудимых

В 2003 году Счетная палата проверила финансово-хозяйственную деятельность ОАО «Башнефть» и установила факт хищения акций у государства. По данным проверки аудиторов СП было возбуждено уголовное дело, правда, затем оно было приостановлено. Весной 2014 года стало известно об уголовном деле, фигурантами по которому проходят глава АФК «Система» Владимир Евтушенков, экс-глава «Башнефти» Урал Рахимов и предприниматель Левон Айрапетян — их обвиняют в хищении акций предприятий, входящих в топливно-энергетический комплекс Республики Башкортостан, и их легализации (ч. 4 ст. 160, ч. 4 ст. 174.1, ч. 4 ст. 174 УК).




В рамках расследования Басманный суд Москвы наложил арест на пакеты акций «Башнефти», «Уфаоргсинтеза» и Башкирской электросетевой компании, принадлежащие АФК «Система». Корреспондент «Известий» Анастасия Кашеварова выяснила у бывшего аудитора Счетной палаты Владислава Игнатова, который проводил проверку «Башнефти» в 2003 году, почему Владимир Евтушенков должен вернуть «Башнефть» государству и как больше 10 лет назад руководители региона продали госсобственность с нарушением закона.

— Дело «Башнефти» расследуется: объявлен в розыск Рахимов-младший, Владимир Евтушенков — под домашним арестом. Мало кто помнит, что вы еще в 2003 году проверяли сделки по продаже нефтяных активов Башкирии и по результатам проверки даже добились возбуждения уголовных дел...

— В 2003 году коллегией Счетной палаты был утвержден мой отчет и направлен в Генеральную прокуратуру. И уголовное дело по моим материалам было действительно возбуждено в 2003 году. Но оно не получило хода. Видимо, большое количество денег было занесено в Генпрокуратуру, потому что пресс-секретарь ведомства тогда упорно отрицала наличие данного дела.

А было два уголовных дела: о неуплате налогов через ООО «Байконур», которое потом замяли, и вообще системное уклонение от неуплаты налогов — это было одно из основных преступлений «Башнефти», которое компания совершала на протяжении 10 лет — с 1993 по 2003 год. А то, что мы вскрыли, было признано беспрецедентным хищением собственности в истории приватизации.

— Что стало отправной точкой в вашем расследовании?

— Господин Рахимов-старший перепутал понятия «предмет ведения» и «предмет полномочий». Он отменил действие указа Бориса Ельцина у себя на территории и перевел акции башкирского ТЭКа, который был в федеральной собственности, в собственность Республики Башкортостан. Республика распоряжалась федеральной собственностью как хотела. А управлял этим бизнесом Урал Рахимов. Сложилась такая ситуация, что своей нефти в Башкирии было мало, но она была основным переработчиком — объемы переработки составляли 24 млн тонн. А своей добычи было 7–8 млн тонн. И в эту разницу они пускали разных товарищей. Урал Рахимов выстроил свою конструкцию, выходы на разных людей, для которых была разная стоимость переработки. Он вел себя как хотел, не по-рыночному. То есть первая претензия — неуплата налогов, а вторая — отмывание денег в особо крупных размерах в связи с переработкой сырья. У Рахимова перерабатывались все — ТНК-BP, «Лукойл» и все небольшие компании. Основной посредник по всем соглашениям был Левон Айрапетян.

— Помимо уклонения от налогов и отмывания денежных средств основным нарушением все же было хищение государственных акций «Башнефти». Как удалось провести сделку так, что государство ничего не получило от продажи нефтяных активов?

— Правильно, после третьего миллиарда все теряют чувство реальности. Есть материал Счетной палаты. Есть письма направленные во все органы и председателю правительства, и в Генпрокуратуру, есть уголовное дело возбужденное. Оно было перенесено в Приволжский федеральный округ и приостановлено по причине отсутствия обвиняемого и трудностей по его установке. Мы вмешались в ситуацию, когда осуществлялся перевод акций «Башнефти» на семь ООО, подконтрольных Уралу Рахимову. Именно в этот момент появилась моя проверка. Потом они испугались и внесли акции в четыре благотворительных фонда. Затем с ними еще судилось государство и налоговая. Но как-то не очень эффективно. Фактически это была попытка хищения акций у государства организованной преступной группой, по-другому квалифицировать такие сделки нельзя. Почему преступной группой, потому что хозяин одного ООО работал начальником охраны Урала Рахимова, хозяйкой другого была его секретарша. Все ближайшее его окружение были хозяевами этих ООО, куда пытались слить акции «Башнефти».

По результатам наших материалов было возбуждено уголовное дело, которое затем было приостановлено. Его начали расследовать при совершенно очевидных и понятных уликах. Мы своей проверкой остановили окончательное хищение акций. Собственно говоря, после нее акции были спрятаны в четыре благотворительных фонда. Никаких там договоренностей не было, все было сделано Рахимовым от страшного испуга. Моя проверка изъяла весь архив Минимущества Башкирии, если его никуда не дели, то он должен находиться в архиве Счетной палаты.

— По сути материалы вашей проверки легли в основу нынешнего дела?

— Хотя уже 11 лет прошло спустя оглашения результатов нашей проверки, очень приятно, что мой материал способствует борьбе с коррупцией в стране. 11 лет никому не надо было. С 2007 года дело это лежало в Приволжской прокуратуре в приостановленном виде. Справедливость — она должна быть. И она не должна быть разной — а единой для всех. Я уже девять лет в отставке. Мой принцип — никогда не сдавать государство.

— В чем вина Евтушенкова на ваш взгляд?

— Я в СМИ перед покупкой АФК «Системой» «Башнефти» говорил, что это актив краденый, дело возбуждено и не остановлено. То есть не прекращено, а приостановлено. История может быть открыта в любой момент по новой. Компания краденая. Ты купил краденую машину, перекрашенную на рынке, но от этого ее суть не поменялась. Это было публичное предупреждение в СМИ, но на него никто не отреагировал.

— К Муртазе Рахимову у следователей тоже должны быть претензии?

— Следователи его вызывали на допрос. Пусть трогают. Сейчас он пенсионер. Он всегда пытался разыграть национальную карту в противовес государству. Их семья забирала все деньги с «Башнефти».

— Есть мнение, что АФК «Система» купила «Башнефть» по заниженной стоимости, так как скважины были законсервированы, а добыча нефти велась Рахимовыми только для себя?

— Все там работало. Но реальной нефти добывали 5%, просто воду гоняли по кругу. В любом случае вопрос стоит как, что если Евтушенков купил ворованное, то и дивиденды с ворованного тоже не его — он должен их вернуть.

— А в чем смысл был Уралу продавать компанию?

— Ему деваться некуда было. В 2003 году он попытался украсть ее. Все было внесено в одну компанию, а акции этой компании были внесены в другую компанию, а вот акции третьей «обертки» должны были купить семь ООО. Сделка была пустыми векселями оплачена, и мы это дело перерезали и вскрыли. Они испугались и внесли все акции в четыре фонда. Якобы это будет навсегда собственностью Башкирии. А потом как-то из этих фондов они продали акции Евтушенкову. И что получила Башкирия? Республика не получила ничего. Получили фонды. Они находились под руководством Рахимова-старшего. И должны были тратить деньги на благотворительность, на образование и на здравоохранение. Но в любом случае попытку мы остановили, и сам факт хищения госсобственности тоже установили.

А вот про ту ситуацию, что я вам рассказывал, что федерация рассматривала «Башнефть» как свое, а Башкирия — как свое. Там была смешная ситуация, была недоимка по Пенсионному фонду. И федеральные власти приняли решение выпустить допэмиссию, чтобы затем продать акции и закрыть дыру в Пенсионном фонде. Так вот, власти Башкирии не догадались даже деньги по кругу пустить, они просто украли эту допэмиссию и продали куда-то налево. Правовой нигилизм был полный.

— Как вы считаете, дело доведут до конца?

— В данной ситуации мало вернуть «Башнефть» государству. Если ты купил краденое и получал дивиденды, значит, возвращай и их.


http://izvestia.ru/news/576946#ixzz3E1Y4tCTz




Читай также по этой теме:


Баш на "Башнефть"

В журнале Нью Таймс сегодня вышла большая подборка о Евтушенкове и "Башнефти", она будет до пятницы открыта только для подписчиков. Предлагаю свой текст из этой подборки.
Понедельник, 22.09.2014 - 10:24

Полвека назад в двух зданиях, обрамлявших в Уфе Советскую площадь, на которой проходили демонстрации трудящихся, заседали два главных хозяйствующих субъекта: Совет министров Башкирской АССР и объединение «Башнефть».

 Трудно сказать, у какой из этих организаций власти и влияния было больше. Здание объединения было в Уфе, а НГДУ (нефтегазодобывающие управления) рассеяны по всем концам республики, а потом и в Удмуртию забрались, а затем и в Сибирь перебрались. Как когда-то, в 30-40-е, бакинские нефтяники осваивали месторождения между Волгой и Уралом, так в 60-70-е башкирские нефтяники поехали за Урал.



«Башнефть» с годами, однако, у себя в республике добывала все меньше, зато «Башнефтехимзаводы» перерабатывали все больше. Если первая приблизилась к 8 миллионам тонн добычи в год, то пять заводов, входившие во второе объединение, дошли до 42 миллионов тонн перерабатываемого сырья. Башкирия стала вторым после Роттердама центром нефтепереработки в Европе.



Эти-то вот могучие производительные силы (плюс немалые электрические мощности «Башкирэнерго») и составили нынешнюю вертикально-интегрированную компанию, взявшую старое заслуженное название «Башнефть». Но между двумя реинкарнациями одного имени произошло много событий, по большей части – нарушающих законы, писаные и неписаные.



Метаморфозы «красного директора»



Главным действующим лицом перемен стал Муртаза Рахимов. 34 года он проработал на одном заводе – Ново-Уфимском НПЗ, дорос до директора, а потом отправился во власть. Почти 20 лет он руководил Башкирией, стал первым президентом Республики Башкортостан, а перед этим – инициатором законодательных актов, утверждающих суверенитет республики над госсобственностью. Что даже в начале 90-х, когда на многое смотрели сквозь растопыренные пальцы, нарушало Конституцию России, указы Бориса Ельцина, законы, принимаемые парламентом, и нормы Росимущества. Список нарушений с пояснениями, составленный юристами, занимает несколько страниц.


Вот лишь одна цитата из бывшего работника Счетной палаты РФ Салавата Мигранова: «Характерна судьба указа № 1403. Им предусматривалось закрепление в федеральной собственности на три года и передача в управление «ЛУКойлу» госпакета в 38 % акций НУНПЗ, а в управление госкомпании «Роснефть» - 38% акций каждого из 28 башкирских предприятий (в том числе «Башнефти», УНПЗ, «Уфанефтехима» и «Башкирнефтепродукта»). Действие акта, однако, указом президиума ВС РБ от 04.12.1992 г. было приостановлено со ссылкой на грубо противоречащий Конституции РФ закон РБ «О действиях законов и иных актов законодательства РФ на территории РБ» и не «разморожено» до сих пор». (Кстати, вот так впервые на горизонте башкирского топливно-энергетического комплекса появилось грозное слово «Роснефть», чьей атакой объясняют нынешние неприятности «Башнефти»…)


А потом Муртаза Рахимов, тоже с нарушениями общероссийских законов, стал в несколько этапов производить приватизацию башкирского ТЭКа. На этих этапах он рассчитался с некоторыми своими старыми товарищами. Сменивший его на посту директора НПЗ Александр Воронин угодил в тюрьму, бывший глава «Башкирэнерго», а затем и премьер-министр Александр Копсов был спасен от подобной участи Анатолием Чубайсом, взявшим его в замы РАО ЕЭС. Но близкие Копсова все равно побывали в застенках…



Профессия – сын президента



К концу тысячелетия на авансцене башкирской «нефтянки» появляется тот, ради кого и делались все эти суверенные подвижки. Скромный консультант-экономист Урал Рахимов прибирает вожжи к рукам. Сын президента республики и его молодые образованные друзья, стремительно меняя юридические лица и передергивая формы собственности, опять свели почти весь башкирский топливно-энергетический комплекс к одному объединению. Оно то называлось ОАО «Башнефтехим», то ОАО «Башкирская топливная компания», наконец – «Башкирский капитал».



И на этих этапах отсеялись многие деятели. Погибли директор по производству Уфимского нефтеперерабатывающего завода Салават Гайнанов, главбух «Башнефтехимторга» Валерий Сперанский, а также менеджер танкерной фирмы «Ронекс» Олег Булатов. Примечательно, что у гроба Сперанского плакал его личный друг - Урал Рахимов.


Зато другой друг – Игорь Изместьев – стал сенатором от Башкирии. А впоследствии он был лишен этого звания решением Совета Федерации и захвачен российскими спецслужбами в Бишкеке, обвинен в создании банды киллеров, на счету которой убийства вышеперечисленных бизнесменов и многое другое, и осужден к пожизненному заключению. На его показаниях уже после процесса сейчас строятся обвинения в адрес Урала Рахимова и Владимира Евтушенкова, а обвиняются они в незаконном присвоении акций БашТЭКа.


Следствие и обвинение могло начаться на десять лет раньше. Задолго до спецоперации в Бишкеке 2007 года и суда над «кингисеппской группировкой» киллеров, еще в 2003-м, аудитор Счетной палаты Вячеслав Игнатов дотошно разобрал все незаконные операции с акциями и передал толстое такое заключение в следственные органы и в Генпрокуратуру. Кроме махинаций с акциями он усмотрел ущерб государству и в «байконурской схеме»: с подачи Изместьева и его нефтетрейдинговой фирмы «Корус» многие продажи башкирских поставщиков стали совершаться через оформление сделок с казахстанскими офшорными фирмами, хотя на самом деле ни продукция, ни реальные средства в городок у космодрома не поступали. В печати, центральной и региональной, появились данные из доклада аудитора, вышло несколько интервью с ним. И все заглохло.


10 лет выдержки


Почему – в ответе на этот вопрос спрятаны ключи к сегодняшним событиям, в том числе – к послесудебным показаниям Изместьева, к электронному браслету на ногах Евтушенкова, к международному розыску Урала Рахимова. Дело в том, что в 2003 году в республике Башкортостан проходили очередные президентские выборы, последние махинации с акциями и «ответный» доклад Игнатова служили подготовкой к ним. История с акциями помогла Кремлю в шантаже Рахимова.


Действующий президент республики не вышел (по данным независимых источников) даже во второй тур выборов, больше голосов набрали Сергей Веремеенко (тогда – «Межпромбанк») и Ралиф Сафин (тогда – вице-президент «Лукойла»). Не помогла даже стратегия напряженности: перед голосованием кто-то взорвал джип с охраной Урала Рахимова. Рахимов-старший бросился за поддержкой, ему ее обеспечили, но за это потребовали «нефтянку». После чего было объявлено, что Муртаза Рахимов прошел во второй тур, а Сафин – нет. Веремеенко пригрозили обвинениями в терроризме, привязав к нему дело о взрыве и прочие акты, которые, как потом выяснилось, устраивали рахимовцы. В результате он практически отказался от борьбы, во втором туре Муртаза Рахимов снова был избран.


Но отдавать нажитое непосильным трудом отнюдь не спешил. Кремль начал на него давить. Тогда Рахимов обратился за поддержкой к давнему соратнику – Юрию Лужкову, с которым они еще «Отечество» основывали. И вот в 2005 году в республику пришла АФК «Система», никогда прежде в нефтяном бизнесе не замешанная. Скорее всего, дело было в тогдашней близости Владимира Евтушенкова к Юрию Лужкову, десять лет назад еще не потерявшему вкус к государственным рычагам. «Система» получила блокирующий пакет «Башнефти», воссозданной в виде вертикально интегрированной компании, сделке помогали структуры, близкие к Изместьеву.


Между выборами и приходом «Системы» произошли еще события, имеющие отношение к Кремлю, Рахимову и Изместьеву. В сентябре 2004 года Александр Пуманэ, киллер-взрывотехник кингисеппской группировки, был задержан при подготовке взрыва огромной мощности на Кутузовском проспекте. Первой появилась версия о покушении на Владимира Путина. Так ли это – неизвестно: Пуманэ имел наивность позвонить из ОВД руководителю операции и сказать о задержании, после чего в милицию пришел совершенно посторонний офицер и забил задержанного насмерть «в процессе допроса». Изместьев потом был обвинен, кроме прочего, в подготовке взрыва башкирского бизнесмена, жившего на совсем другом конце Кутузовского проспекта.


Взрывпакет акций


В октябре 2011 года The New Times уже писал о версии покушения на Путина, о том, что Изместьеву совершенно не нужно было покушаться на главу государства. А вот у Рахимова был резон: не отдавать БашТЭК. Кстати, как отметил вслед за прессой адвокат Изместьева Александр Гусак, у его подзащитного не было мотивов готовить те преступления, в которых его обвинили по показаниям «кингисеппцев». Вся выгода от них отходила Рахимовым, в том числе – от поджогов типографий во время выборов и взрыва джипа с несчастными охранниками.


Сразу после смерти Пуманэ первоначальная версия о цели его начиненного взрывчаткой «жигуленка» перестала упоминаться, но на фотографии из того сентября 2004 года видно, как выразительно смотрит Владимир Путин на сидящего рядом Муртазу Рахимова. Через пару дней Путин предложил отменить выборы региональных руководителей, привязав идею, почему-то, к бесланской трагедии. А вот как следствие «дела Пуманэ» она вполне логична…


Как бы то ни было, основной пакет акций «Башнефти» после многочисленных наперсточных операций оставался в руках Урала Рахимова. Москву это не устроило, и она вновь начала давить на Уфу, тогда-то и был арестован Изместьев. Два года его предварительного заключения оставалась опасность, что он даст показания на Рахимовых, два года Урал Рахимов сидел взаперти на отдельном этаже 13-й уфимской городской больницы. Но как только АФК «Система» дожала Муртазу и получила контрольный пакет, Урал вылетел в Вену. И жил там последние пять лет на непонятно откуда взявшиеся большие деньги: ведь официально покупатель передал плату за акции благотворительному фонду «Урал» (а не бюджету республики, почему-то).


Фонд «Урал», возглавляемый теперь уже бывшим президентом Башкортостана Муртазой Рахимовым, получил 60 миллиардов рублей. «Башнефть» только в прошлом году выделила на дивиденды 80. Компания ведет разведку в Ираке и Мьянме, добывает в год, в основном, на приполярных площадях около 16 миллионов тонн нефти и перерабатывает около 21 миллиона. Что, между прочим, в два раза меньше объемов сорокалетней давности…

http://www.lawinrussia.ru/node/301720

8 комментариев:

  1. Думали большой бизнесмен, оказался обычный марвихер

    ОтветитьУдалить
  2. Украл-папа тоже бездарный 20 лет со своими продажными чиновниками башкирский народ обворовывал и позорил.
    Райондарҙа аның һатлыҡ түрәләре башҡортты таланы.
    Әле ул һатлыҡ чиновник балары ВК-ла страничка асып мин башҡорт тигән булып башҡорт тарихына ышыҡланып утыралар - главный улар башҡорт телен һатҡандар. .

    ОтветитьУдалить
  3. Муртаза жадный, байские привычки хапать довели до дверей тюрьмы. Успеет посидеть на нарах?

    ОтветитьУдалить
  4. Отец Укралманкурта. Этим все сказано.
    После того как он предал башкирский народ в 92-м (подписание кабального договора в Кремле) что он со свомим манкуртсыном еще обокрал Башкортостан - этому не стоит удивляться.

    ОтветитьУдалить
  5. Зато ауырыу кешеләргә операция эшләүгә йәлләйҙәр

    ОтветитьУдалить
  6. Мерзко читать все эти подлости бывших властителей в отношении своего народа... Негодяи...

    ОтветитьУдалить
  7. выступают с трибун - типа они нащяльники, а в реале обычные жулики и воры

    ОтветитьУдалить